Праведная Иулиания Лазаревская, Муромская

ДНИ ПАМЯТИ:
15 января
23 июня – Собор Рязанских святых
6 июля – Собор Владимирских святых

Жиз­не­опи­са­ние свя­той Иули­а­нии Ла­за­рев­ской на­пи­са­но ее сы­ном. Это един­ствен­ное со­хра­нив­ше­е­ся по­дроб­ное опи­са­ние жиз­ни свя­той, вос­пол­ня­ю­щее сто­ри­цей недо­ста­точ­ность све­де­ний о дру­гих.
Ро­ди­лась Иули­а­ния в 30-е го­ды XVI в. в г. Плосне у бла­го­че­сти­вых дво­рян Иусти­на и Сте­фа­ни­ды Недю­ре­вых. Ше­сти лет она оста­лась круг­лой си­ро­той. Ба­буш­ка с ма­те­рин­ской сто­ро­ны взя­ла де­воч­ку к се­бе в го­род Му­ром. Через 6 лет умер­ла и ба­буш­ка, за­ве­щав сво­ей до­че­ри, уже имев­шей 9 де­тей, взять на вос­пи­та­ние 12-лет­нюю си­ро­ту.
Иули­а­ния поль­зо­ва­лась лю­бой воз­мож­но­стью по­мочь дру­гим. Она из­бе­га­ла дет­ских игр и за­бав, пред­по­чи­тая пост, мо­лит­ву и ру­ко­де­лие, чем вы­зы­ва­ла по­сто­ян­ные на­смеш­ки се­стер и слуг. Она при­вык­ла по­дол­гу мо­лить­ся со мно­же­ством по­кло­нов. Кро­ме обыч­ных по­стов, на­ла­га­ла на се­бя еще бо­лее стро­гое воз­дер­жа­ние. Род­ствен­ни­ки бы­ли недо­воль­ны, бо­я­лись за ее здо­ро­вье и кра­со­ту. Иули­а­ния тер­пе­ли­во и крот­ко пе­ре­но­си­ла упре­ки, но про­дол­жа­ла свой по­двиг. Но­ча­ми Иули­а­ния ши­ла, чтобы оде­вать си­рот, вдов и нуж­да­ю­щих­ся, хо­ди­ла уха­жи­вать за боль­ны­ми, кор­ми­ла их.
Сла­ва о ее доб­ро­де­те­лях и бла­го­че­стии раз­нес­лась по окрест­но­стям. К ней по­сва­тал­ся вла­де­лец се­ла Ла­за­ре­во, что непо­да­ле­ку от Му­ро­ма, Юрий Осо­рьин. Шест­на­дца­ти­лет­няя Иули­а­ния бы­ла вы­да­на за­муж за него и ста­ла жить в се­мье му­жа. Ро­ди­те­ли и род­ствен­ни­ки му­жа по­лю­би­ли крот­кую и при­вет­ли­вую невест­ку и вско­ре по­ру­чи­ли ей ве­де­ние хо­зяй­ства всей мно­го­чис­лен­ной се­мьи. Она окру­жи­ла ста­рость ро­ди­те­лей му­жа неусып­ной за­бо­той и лас­кой. Дом ве­ла об­раз­цо­во, вста­ва­ла с за­рей, ло­жи­лась спать по­след­ней.
До­маш­ние за­бо­ты не пре­рва­ли ду­хов­но­го по­дви­га Иули­а­нии. Каж­дую ночь она вста­ва­ла на мо­лит­ву со мно­же­ством по­кло­нов. Не имея пра­ва рас­по­ря­жать­ся иму­ще­ством, вся­кую сво­бод­ную ми­ну­ту и мно­гие ноч­ные ча­сы за­ни­ма­лась ру­ко­де­ли­ем, чтобы на по­лу­чен­ные сред­ства тво­рить де­ла ми­ло­сер­дия. Ис­кус­но вы­ши­тые пе­ле­ны Иули­а­ния да­ри­ла в хра­мы, а осталь­ную ра­бо­ту про­да­ва­ла, чтобы день­ги раз­дать ни­щим. Бла­го­де­я­ния она со­вер­ша­ла тай­но от род­ных, а ми­ло­сты­ню по­сы­ла­ла по но­чам с вер­ной слу­жан­кой. Осо­бен­но за­бо­ти­лась она о вдо­вах и си­ро­тах. Це­лые се­мьи кор­ми­ла и оде­ва­ла Иули­а­ния тру­да­ми рук сво­их.
Имея мно­же­ство слуг и двор­ни, она не поз­во­ля­ла оде­вать и ра­зу­вать се­бя, по­да­вать во­ду для умы­ва­ния; бы­ла со слу­га­ми неиз­мен­но при­вет­ли­ва, ни­ко­гда не до­но­си­ла му­жу об их по­ступ­ках, пред­по­чи­тая брать ви­ну на се­бя.
Бе­сы при­гро­зи­ли Иули­а­нии во сне, что по­гу­бят ее, ес­ли она не пре­кра­тит бла­го­де­я­ний лю­дям. Но Иули­а­ния не об­ра­ти­ла вни­ма­ния на эти угро­зы. Она не мог­ла про­хо­дить ми­мо че­ло­ве­че­ско­го стра­да­ния: по­мочь, по­ра­до­вать, уте­шить – бы­ло по­треб­но­стью ее серд­ца. Ко­гда на­сту­пи­ло го­лод­ное вре­мя, и мно­же­ство лю­дей уми­ра­ло от ис­то­ще­ния, она, во­пре­ки обы­чаю, ста­ла брать у све­кро­ви зна­чи­тель­но боль­ше пи­щи и тай­но раз­да­ва­ла го­лод­ным. К го­ло­ду при­со­еди­ни­лась эпи­де­мия, лю­ди за­пи­ра­лись в до­мах, бо­ясь за­ра­зить­ся, а Иули­а­ния тай­ком от род­ных мы­ла в бане боль­ных, ле­чи­ла их, как уме­ла, мо­ли­лась об их вы­здо­ров­ле­нии. Тех, кто уми­рал, она об­мы­ва­ла и на­ни­ма­ла лю­дей для по­гре­бе­ния, мо­ли­лась об упо­ко­е­нии каж­до­го че­ло­ве­ка. Бу­дучи негра­мот­ной, Иули­а­ния изъ­яс­ня­ла Еван­гель­ские тек­сты и ду­хов­ные кни­ги. И му­жа сво­е­го она при­учи­ла к частой и теп­лой мо­лит­ве. Све­кор и све­кровь ее умер­ли в глу­бо­кой ста­ро­сти, при­няв пе­ред кон­чи­ной по­стриг. Иули­а­ния про­жи­ла с му­жем в со­гла­сии и люб­ви мно­го лет, ро­ди­ла де­сять сы­но­вой и трех до­че­рей. Чет­ве­ро сы­но­вей и три до­че­ри умер­ли в мла­ден­че­стве, а два сы­на по­гиб­ли на цар­ской служ­бе. Пре­одоле­вая скорбь серд­ца, Иули­а­ния так го­во­ри­ла о смер­ти де­тей: «Бог дал, Бог и взял. Ни­что­же ис­ку­са гре­хов­на не со­тво­ри, и ду­ши их со Ан­ге­лы сла­вят Бо­га и о ро­ди­те­лях сво­их Бо­га мо­лят».
По­сле тра­ги­че­ской смер­ти двух сы­но­вей Иули­а­ния ста­ла про­сить­ся от­пу­стить ее в мо­на­стырь. Но муж от­ве­тил на это, что она долж­на вос­пи­тать и вы­рас­тить осталь­ных де­тей. Всю жизнь Иули­а­ния за­бы­ва­ла се­бя ра­ди дру­гих, по­это­му и на этот раз она со­гла­си­лась, но упро­си­ла му­жа, чтобы им не иметь су­пру­же­ских от­но­ше­ний и жить как брат с сест­рой. Это был ру­беж в жиз­ни пра­вед­ной Иули­а­нии. Она еще бо­лее уве­ли­чи­ла свои по­дви­ги и ста­ла ве­сти мо­на­ше­скую жизнь. Днем и ве­че­ром она за­ни­ма­лась хо­зяй­ством и вос­пи­та­ни­ем де­тей, а но­ча­ми мо­ли­лась, де­ла­ла мно­же­ство по­кло­нов, со­кра­тив сон до двух-трех ча­сов; спа­ла на по­лу, по­ло­жив под го­ло­ву по­ле­нья вме­сто по­душ­ки, еже­днев­но по­се­ща­ла бо­го­слу­же­ния в хра­ме, дер­жа­ла стро­гий пост. Жизнь ее ста­ла непре­стан­ной мо­лит­вой и слу­же­ни­ем.
По бо­лез­ни и уста­ло­сти Иули­а­ния од­но вре­мя пе­ре­ста­ла ча­сто хо­дить в храм, уве­ли­чив до­маш­нюю мо­лит­ву. Она бы­ла при­хо­жан­кой церк­ви свя­то­го Ла­за­ря – бра­та свя­тых Мар­фы и Ма­рии. Свя­щен­ник этой церк­ви услы­шал в хра­ме го­лос от ико­ны Бо­жи­ей Ма­те­ри: «Пой­ди и ска­жи ми­ло­сти­вой Иули­а­нии, от­че­го она не хо­дит в цер­ковь? И до­маш­няя ее мо­лит­ва угод­на Бо­гу, но не так, как цер­ков­ная. Вы же по­чи­тай­те ее, ей уже 60 лет, и на ней по­чи­ва­ет Дух Свя­той». По­сле смер­ти му­жа Иули­а­ния раз­да­ла свое иму­ще­ство бед­ным, ли­шив се­бя да­же теп­лой одеж­ды. Она ста­ла еще бо­лее стро­гой к се­бе; по­сто­ян­но, да­же во сне тво­ри­ла Иису­со­ву мо­лит­ву. Чем су­ро­вее ста­но­ви­лись по­дви­ги Иули­а­нии, тем силь­нее бы­ли на­па­де­ния на нее ду­хов зло­бы, не же­лав­ших при­знать сво­е­го по­ра­же­ния. Од­на­жды, – по­вест­ву­ет ее сын, – Иули­а­ния, при­дя в ма­лень­кую ком­на­ту, под­верг­лась на­па­де­нию бе­сов, угро­жав­ших убить ее, ес­ли она не оста­вит сво­их по­дви­гов. Она не устра­ши­лась, а толь­ко взмо­ли­лась Бо­гу и про­си­ла по­слать свя­ти­те­ля Ни­ко­лая на по­мощь. В то же вре­мя явил­ся ей свя­ти­тель Ни­ко­лай с па­ли­цей в ру­ке и про­гнал ду­хов нечи­стых. Бе­сы ис­чез­ли, но один из них, угро­жая по­движ­ни­це, пред­рек ей, что в ста­ро­сти она са­ма начнет «го­ло­дом по­ми­рать, неже­ли чу­жих лю­дей кор­мить».
Угро­за бе­са ис­пол­ни­лась лишь от­ча­сти – Иули­а­нии дей­стви­тель­но при­шлось стра­дать от го­ло­да. Но ее лю­бя­щее и со­стра­да­тель­ное серд­це не мог­ло оста­вить уми­ра­ю­щих от го­ло­да без по­мо­щи. Это бы­ло в страш­ные го­ды (1601–1603), в цар­ство­ва­ние Бо­ри­са Го­ду­но­ва. Лю­ди, обе­зу­мев­шие от го­ло­да, ели да­же че­ло­ве­че­ское мя­со.
С по­лей сво­их Иули­а­ния не со­бра­ла ни зер­на, за­па­сов не бы­ло, скот пал по­чти весь от бес­кор­ми­цы. Иули­а­ния не от­ча­я­лась: рас­про­да­ла остав­ший­ся скот и все цен­ное в до­ме. Жи­ла в ни­ще­те, не в чем бы­ло в цер­ковь вый­ти, но «ни еди­на ни­ща… не от­пу­сти тща». Ко­гда все сред­ства ис­то­щи­лись, Иули­а­ния от­пу­сти­ла на во­лю сво­их хо­ло­пов (и это в XVI ве­ке!), но неко­то­рые из слуг не по­же­ла­ли оста­вить гос­по­жу, пред­по­чи­тая по­гиб­нуть вме­сте с ней. То­гда Иули­а­ния со свой­ствен­ной ей энер­ги­ей при­ня­лась спа­сать близ­ких от го­лод­ной смер­ти. Она на­учи­ла сво­их слуг со­би­рать ле­бе­ду и дре­вес­ную ко­ру, из ко­то­рых пек­ла хлеб и кор­ми­ла им де­тей, слуг и ни­щих. «Окрест­ные по­ме­щи­ки с упре­ком го­во­ри­ли ни­щим: за­чем вы за­хо­ди­те к ней? Че­го взять с нее? Она и са­ма по­ми­ра­ет с го­ло­ду. – A мы вот что ска­жем, – го­во­ри­ли ни­щие, – мно­го обо­шли мы сел, где нам по­да­ва­ли на­сто­я­щий хлеб, да и он не ел­ся нам так всласть, как хлеб этой вдо­вы… То­гда со­се­ди-по­ме­щи­ки на­ча­ли под­сы­лать к Ульяне за ее ди­ко­вин­ным хле­бом. От­ве­дав его, они на­хо­ди­ли, что ни­щие бы­ли пра­вы, и с удив­ле­ни­ем го­во­ри­ли меж се­бя: ма­сте­ра же ее хо­ло­пы хле­бы печь! С ка­кой лю­бо­вию на­доб­но по­да­вать ни­ще­му ло­моть хле­ба,… чтобы этот ло­моть ста­но­вил­ся пред­ме­том по­э­ти­че­ской ле­ген­ды тот­час, как был съе­да­ем!
Иули­а­нии при­хо­ди­лось бо­роть­ся не толь­ко с опас­но­стью смер­ти, спа­сая сво­их слуг и близ­ких, но и с еще бо­лее страш­ной опас­но­стью ду­хов­ной ги­бе­ли. Ужас­на власть го­ло­да. Чтобы до­быть пи­щи, лю­ди шли на лю­бое пре­ступ­ле­ние. Иули­а­ния лю­би­ла сво­их слуг и счи­та­ла се­бя от­вет­ствен­ной за их ду­ши, ко­то­рые по ее сло­вам, «бы­ли по­ру­че­ны ей Бо­гом». Как во­ин на по­ле бит­вы, она непре­стан­но бо­ро­лась со злом, и так силь­на бы­ла ее мо­лит­ва и вли­я­ние на окру­жа­ю­щих, что ни один из близ­ких ей лю­дей не за­пят­нал се­бя пре­ступ­ле­ни­ем, во вре­мя об­щей раз­нуз­дан­но­сти это бы­ло на­сто­я­щим чу­дом.
От нее не слы­ша­ли ни сло­ва ро­по­та, пе­ча­ли, на­про­тив, все три го­лод­ных го­да она бы­ла в осо­бом при­под­ня­том и ра­дост­ном на­стро­е­нии: «Ни опе­ча­ли­ся, ни сму­ти­ся, ни по­роп­та, но па­че пер­вых лет ве­се­ла бе», – пи­шет ее сын.
Пе­ред кон­чи­ной Иули­а­ния при­зна­лась, что дав­но же­ла­ла Ан­гель­ско­го об­ра­за, но «не спо­до­би­лась ра­ди гре­хов сво­их». Она по­про­си­ла у всех про­ще­ния, да­ла по­след­ние на­став­ле­ния, по­це­ло­ва­ла всех, обер­ну­ла во­круг ру­ки чет­ки, три­жды пе­ре­кре­сти­лась, и по­след­ни­ми ее сло­ва­ми бы­ли: «Сла­ва Бо­гу за все! В ру­ки Твои, Гос­по­ди, пре­даю дух мой». При­сут­ство­вав­шие при кон­чине ви­де­ли, как во­круг го­ло­вы ее по­яви­лось си­я­ние в ви­де зо­ло­то­го вен­ца «яко же на ико­нах пи­шет­ся». Про­изо­шло это 10 ян­ва­ря 1604 го­да.
Явив­шись во сне бла­го­че­сти­вой слу­жан­ке, Иули­а­ния по­ве­ле­ла от­вез­ти свое те­ло в Му­ром­скую зем­лю и по­ло­жить в церк­ви свя­то­го пра­вед­но­го Ла­за­ря. В 1614 го­ду, ко­гда ко­па­ли зем­лю ря­дом с мо­ги­лой Иули­а­нии для ее умер­ше­го сы­на Ге­ор­гия, бы­ли об­ре­те­ны мо­щи свя­той. Они ис­то­ча­ли ми­ро, от ко­то­ро­го шло бла­го­уха­ние, и мно­гие по­лу­ча­ли ис­це­ле­ния от бо­лез­ней – осо­бен­но боль­ные де­ти.
Чу­де­са на мо­ги­ле пра­вед­ни­цы сви­де­тель­ство­ва­ли, что Гос­подь про­сла­вил сми­рен­ную ра­бу свою. В том же 1614 г. свя­тая пра­вед­ная Иули­а­ния бы­ла при­чис­ле­на к ли­ку свя­тых.
Кро­ме жи­тия свя­той, в XVII ве­ке бы­ла на­пи­са­на служ­ба, со­став­ле­ние ко­то­рой при­пи­сы­ва­ет­ся ее сы­ну Дру­жине Осо­рьи­ну. На иконе вто­рой по­ло­ви­ны XVII ве­ка «Со­бор Му­ром­ских свя­тых» свя­тая Иули­а­ния изо­бра­же­на вме­сти со свя­ты­ми Пет­ром и Фев­ро­ни­ей, кня­зья­ми Кон­стан­ти­ном, Ми­ха­и­лом и Фе­о­до­ром Му­ром­ски­ми. В Му­ром­ском му­зее есть ико­на, на ко­то­рой свя­тая Иули­а­ния изо­бра­же­на вме­сто со сво­им му­жем Ге­ор­ги­ем и до­че­рью, ино­ки­ней Фе­о­до­си­ей, став­шей мест­но­чти­мой свя­той.
С XVIII ве­ка фа­ми­лия свя­той Иули­а­нии – Осо­рьи­на пи­са­лась как Осор­ги­на. В ро­де Осор­ги­ных стар­ше­го сы­на все­гда на­зы­ва­ли Ге­ор­ги­ем в па­мять пред­ка. Род свя­той Иули­а­нии не угас – ее по­том­ки оста­ви­ли свой след в ис­то­рии Рос­сии. Один из них, Ге­ор­гий Ми­хай­ло­вич Осор­гин, был рас­стре­лян на Со­лов­ках – это опи­са­но у Сол­же­ни­цы­на в «Ар­хи­пе­ла­ге ГУЛАГ». В Па­ри­же жи­вет Ни­ко­лай Ми­хай­ло­вич Осор­гин – про­фес­сор Пра­во­слав­но­го бо­го­слов­ско­го ин­сти­ту­та, ав­тор ря­да книг, он же ре­гент Сер­ги­ев­ско­го по­дво­рья, ос­но­ван­но­го его де­дом в Па­ри­же. На по­дво­рье есть ико­на свя­той пра­вед­ной Иули­а­нии Ла­за­рев­ской.
Храм Ар­хан­ге­ла Ми­ха­и­ла в се­ле Ла­за­ре­во, где на­хо­ди­лись мо­щи свя­той Иули­а­нии (в че­ты­рех вер­стах от Му­ро­ма), был за­крыт в 1930 го­ду. Ра­ка с мо­ща­ми, пе­ре­не­сен­ная в Му­ром­ский кра­е­вед­че­ский му­зей, сто­я­ла ря­дом с мо­ща­ми свя­тых Пет­ра и Фев­ро­нии Му­ром­ских. В год ты­ся­че­ле­тия Кре­ще­ния Ру­си на­ча­лись хло­по­ты о воз­вра­ще­нии мо­щей в пра­во­слав­ный храм Му­ро­ма. Неко­то­рое вре­мя мо­щи свя­той пра­вед­ной Иули­а­нии Ла­за­рев­ской по­чи­ва­ли в хра­ме Бла­го­ве­ще­ния Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы быв­ше­го Бла­го­ве­щен­ско­го мо­на­сты­ря го­ро­да Му­ро­ма. С 23 ав­гу­ста 2014 го­да мо­щи свя­той Иули­а­нии на­хо­дят­ся на ме­сте их пер­во­на­чаль­но­го упо­ко­е­ния – в хра­ме Ар­хан­ге­ла Ми­ха­и­ла се­ла Ла­за­ре­во.

Тропарь праведной Иулиании Лазаревской, Муромской ,глас 4
Просветившися Божественною благодатию,/ и по смерти светлость жития твоего явила еси:/ источаеши бо миро благовонное всем болящим на исцеление,/ с верою приходящим к мощем твоим,/ праведная мати Иулиание,/ Христа Бога моли/ спастися душам нашим.

Ин тропарь праведной Иулиании Лазаревской, Муромской ,глас 3
На рамо вземши крест свой,/ последовала еси Христу милостынею, постом и молитвою, / всехвальная Иулиания милостивая,/ и всем, в мире живущим, правило явилася еси жития,/ темже Вышнее Царствие наследовавши,/ непрестанно моли/ спастися душам нашим.

Кондак праведной Иулиании Лазаревской, Муромской ,глас 8
Скоропослушливую помощницу вси, сущии в бедах и болезнех, воспоем Иулианию святую, та бо в мире богоугодно поживе и милос­тыню к нищим безмерну показа, сего ради обрете благодать чудес Божиим ведением.

Молитва праведной Иулиании Лазаревской, Муромской
Утешение наше и похвала, Иулиание, голубице богомудрая, яко финикс, преславно процветшая, криле добродетелей священне и посребренне имущая, имиже на высоту Царствия Небеснаго возлетела еси! Похвальная пения памяти твоей радостно днесь приносим, понеже Христос нетлением чудесным тя увенча и бла­годатию исцелений тебе прослави. Зане любовию Христовою уязвив­шися, от младости чистоту душевную и телесную хранила еси, пост же и воздержание возлюбила еси, имиже, помогающей ти благодати, вся страсти мира сего попрала еси, и, яко пчела, мудро цвет добро­детелей изыскавши, пресладкий мед Святаго Духа в сердце свое вселила еси и, еще во плоти бывши, посещения Богоматере сподо­билася еси. Прилежно убо тя молим: молися, госпоже, да подаст нам в Троице славимый Бог твоими молитвами многолетно здравие же и спасение, тишину и изобилие плодов земных и на враги победы и одоления. Сохрани предстательством твоим, преподобная мати, страну Российскую и град сей и вся грады и страны христианския неврежденны от всех навет и козней вражиих. Помяни, госпоже, убогия рабы твоя, днесь в молитве тебе предстоящия, но чрез все житие свое паче всех человек прегрешившия, обаче теплое покаяние о сих приносящия и твоими к Богу молитвами оставление грехов получити просящия, яко да, греховных страстей свободившеся, благодарственное пение тебе приносити присно потщимся и прославим всех благих Подателя Бога, Отца, и Сына, и Святаго Духа, ныне и присно и во веки веков. Аминь.

Добавить комментарий